История

Фотоальбом 'Джайлык август 1979'
Фотоальбом 'Август 2016'
Фотоальбом Владимира Аблесимова 'Саров (Арзамас16) в Джайлыке и не только'
Фотоальбом 'Цветные слайды к рассказу о Первой Сахаровской экспедиции в 1991 году. Восхождение на Эльбрус'
Примечательное восхождение
Фотоальбом 'Авадхара'
Последний день старого Джайлыка
Фотоальбом 'Джайлык осенью 1983 года'
1988. Экспедиция альпклуба МИФИ на пик Ленина
1987 год. Экспедиция альпклуба МИФИ на пик Корженевской (фотоальбом)
День памяти - 2013. Джайлыку 75 лет
Как ходят настоящие разрядники.
19 июля 1983 г. Селем разрушен лагерь
Фотоальбом 'Джайлык-80'
Фотоальбом 'Март 1983'
Фотоальбом 'Зимовка - 1983'
Фотоальбом ' Новый лагерь, первые сезоны '
Фотоальбом 'Старый Джайлык'
Фотоальбом 'В палаточном лагере после селя'
Фотоальбом 'Сход селя - 19 июля 1983 года'
Лето 2012 года
Фотоальбом 'Сель'
Фотоальбом 'Март 1980'
Март 1980 года. Сбор команды ЦСФиС для подготовки к участию в чемпионате СССР 1980 года (восхождению на пик Москва, центральный Памир)
Фотоальбом 'Красоты ущелья Адырсу'
Фотоальбом 'Старый Джайлык'
Фотоальбом "В новом Джайлыке"
Фотография с 50-летия Джайлыка
Фотоальбом Вадима Барзыкина
ТЕНЬ ПОБЕДЫ
а/л \"Джайлык\", август 1974 года
\"Джайлык\" в 1959-м году
Очень старые фотографии
Фото нашей молодости. Фотоальбом Жени Лебедя
Новые фотоальбомы и пополнения в старых фотоальбомах
Виталий Форостян. Яркие дни. На пик Революции с севера и юга
Новые фотоальбомы из архива семьи Степановых
Далар "по Степанову"
Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 4. Советско-китайская экспедиция на Музтаг-ата (7546 м.). 1955 и 1956 годы.
Игорь Хацкевич. Мой отец. Ещё 3 фотоальбома 74-75-х годов
Инструкторы альплагеря "Джайлык"
Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 3. "На скалах - смелые", статья Я. Аркина в газете "Крым" . 1965 год.
Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 2. Первовосхождение на пик «Московской правды» (Юго-Западный Памир). 1964 год
Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 1. "Чёрный отвес", статья в журнале "Вокруг света", 1960 год
Борьба за Чатын
Просто Визбор. К 75 летию поэта.
Игорь Хацкевич. Мой отец.
Спасти остальных
Шестая Сахаровская экспедиция. 1997 год. Альпы
Четвёртая Сахаровская экспедиция. 1994 год. Памиро-Алай
Третья Сахаровская экспедиция. 1993 год. Цейское ущелье
Вторая Сахаровская экспедиция. 1992 год. Алтай. Пик А.Д. Сахарова
Первая Сахаровская экспедиция. 1991 год. Эльбрус
История альплагеря по материалам сборника
История альплагеря по материалам сборника "Побежденные вершины". Часть 4. 1972-1974-е годы
История альплагеря по материалам сборника "Побежденные вершины". Часть 3. 1967-1971-е годы
История альплагеря по материалам сборника "Побежденные вершины". Часть 2. 1956-1966-е годы
История альплагеря по материалам сборника "Побежденные вершины". Часть 1. 1949-1956 годы
Горнолыжники в Старом Джайлыке 77-83
Когда бушевал сель
Фотоархив Владимира Васильевича Тамбовского. Джайлык. 1974 - 1990-е годы
Пароль "Джайлык"
Секретные физики. Забабахин Евгений Иванович
Инструктор альплагеря - Михаил Хергиани
Джайлыковцы в чемпионатах СССР
Отчёт о восхождении команды "Джайлыка" на пик Энгельса в 1972 году
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Предисловие.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 1. Пик Корженевской. 1974 год.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 2. Артучь, Ала-Арча, Домбай, Узункол.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 3. Тянь-Шань. Ала-Арча.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 4. Кавказ. Домбай. Узункол.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 5. Памир, Бивачный, пик Коммунизма.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 6. Ушба.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 7. Лирическое отступление.
Когда бушевал сель...

Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 1. "Чёрный отвес", статья в журнале "Вокруг света", 1960 год

Опубликовал: Юлия Степанова
Дата публикации: 05.07.2009
Раздел: История





 

ЧЁРНЫЙ ОТВЕС

 

Ю. ГАВРИЛОВ

 

          Вот они, победители Чер­ного Отвеса:

 

Игорь Со­лодуев,

 

 

Андрей Снесарев,

 


Виктор Степанов,

 


Вадим Барзыкин,

 


Борис Кораблин

 

 

 

                   ЧАТЫН НЕ СДАЕТСЯ

 

          Название горы Чатын-Тау не входит в список высочайших вершин мира. Это не Эве­рест, о котором местные жители шерпы говорят: «Через него не может перелететь даже птица». Это всего-навсего небольшая горная вершина высотой чуть больше 4 ты­сяч метров. Находится она в райо­не Центрального Кавказа, где исхо­жена каждая тропка. На Чатын-Тау альпинисты тоже побывали... И все же до 1959 года эту гору не счи­тали полностью покоренной, потому что никто из альпинистов не смог подняться на Чатын с севера.

          Северный склон Чатын-Тау пяти­сотметровой вертикальной стеной взметнулся к облакам. Вылизанный мокрыми ветрами, забытый солнцем, мрачно смотрит он на ледник.

          Чтобы взойти на Чатын с севера, нужно преодолеть эту стену.

          Участок горы в полкилометра высотой на первый взгляд не кажется серьезной преградой для опытных восходитетей. Альпинисты научились побеждать и восьмитысячники. Но подъем на вертикальную камен­ную стену - это задача, которая не каждому по си­лам. Стенолазание - самая трудная и опасная «спе­циальность» в альпинистском деле.

          Обычно Чатын просыпается часа через два после восхода солнца. Камни, вмерзшие в лед, нагревают­ся под солнечными лучами и один за другим падают на плато. По пути они сбивают огромные сосульки, которые, как елочные игрушки, висят на перегибе стены. К счастью, северный склон настолько крут, что камни и льдины летят за спиной альпинистов. Чатын, словно зная об этой «мертвой зоне», держит в запасе и более грозную силу.

          Когда идет снег, вершина, словно гигантский лоток, собирает его и, накопив, сбрасывает вниз. Поток сне­га струится по стене. Спрятаться от сокрушающего снежного водопада негде.

          В 1957 году штурм северной стены Чатына предприняли спартаковцы под руководством известного альпиниста Виталия Абалакова. Не часы, не дни, а мно­го недель опытные восходители прокладывали путь по стене.

          На высоте примерно 200 метров стену Чатына пере­секает узкая ступень из наклонных плит - полка, как говорят альпинисты. Это единственное место на всей стене, где скалолазы могут кое-как отдохнуть.

          Наконец спартаковцы достигли полки. Все было го­тово для решающего штурма, и тут начался снегопад. Альпинистам пришлось отступить. А Чатын продолжал стоять непокоренным, бросая вызов смельчакам.

 

                    ПЯТЕРО СМЕЛЫХ

          У подножья Чатына, на том месте, где в 1957 году разбит лагерь спартаковцев, желтея на ослепи­тельном снегу, стоят две палатки. В одной живет штурмовая группа альпинистов «Труда», решившая помериться силами с Чатыном, в другой поселились вспомогатели, от которых в немалой степени за­висит успех восхождения.

          В штурмовую группу входят пять человек.

          Андрей Снесарев - высокий, мускулистый двадцатидевятилетний спортсмен, аспирант. Его друг Ва­дим Барзыкин - научный сотрудник одного из московских исследователь­ских институтов. Ленинградец Виктор Степанов - слесарь, опытный ска­лолаз; земляк Виктора Борис Кораблин - механик, самый молодой участник штурма. Тренер Игорь Васильевич Солодуев - заслужен­ный деятель искусств, концертмей­стер Большого театра, скрипач.

          План штурма Черного Отвеса - так друзья окрестили стену - был продуман еще в Москве. План повторял в общем замысел спартаковцев.

          Разбив лагерь у подножия горы, альпинисты проложат путь к полке, пересекающей Отвес, и устроят там промежуточный лагерь - трам­плин для взятия всей стены. Отсю­да они начнут последнюю, реши­тельную атаку.

          И теперь каждый день поднима­ются альпинисты на стену, проби­раясь к полке, все выше и выше. Вбивая крюк за крюком и подвеши­вая к ним веревки, они проклады­вают свою вертикальную «тропу».

          ...В тот день на Отвесе «работали» Игорь Солодуев и Андрей Снесарев. Игорь, который шел в связке первым, увидел камин - углубле­ние, прикрытое сверху гранитной глыбой. Он проник в камин и стал быстро продвигаться вверх, пока не дошел до плиты. Плиту будто каме­нотес обработал - ровная, гладкая. Только у самого перегиба виднелась узкая трещина, но дотянуться до нее Игорь не мог.

          - Вставай на плечи, - предложил Андрей.

          - Придется.

          Стоя на плечах у Андрея, над пропастью, Игорь забивал крюк.

          Андрей прильнул к скале, с тру­дом удерживая товарища. «Ско­ро?» - поднял он голову. Игорь не ответил. Проклятый крюк никак не хотел лезть в трещину. Когда Иго­рю удалось, наконец, вбить крюк, повесить лесенку и перебраться на нее, Андрей совсем выбился из сил. Но отдыхать было некогда. Он вытер ладонью лоб, уперся спиной в стену и начал потравливать стра­ховочную веревку: Игорь уже шел вверх.

          Вспомогатели, которые следили с плато за этой немой сценой, об­легченно вздохнули. Пройден один из труднейших участков Отвеса.

 

                    СНЕЖНЫЙ ВОДОПАД

          До полки оставалось метров шестьдесят, когда день начал хму­риться. Сначала из-за Чатына вы­полз легкий туман, потом будто об­лака легли на горы - туман стал густым, весомым. Пошла снежная крупа.

          - Эх, дьявол, - огорчился Анд­рей, - до полки рукой подать.

          - Быстрее спускаться, - заторо­пил его Игорь.

          А вершина уже успела запастись снегом, и он сыпался непрерывным широким потоком, сбрасывая со стены камни и глыбы льда.

          Снег давил на голову, плечи, сле­пил глаза. Одежда промокла, стала тяжелой. Веревки, закрепленные на стене и заменяющие альпинистам перила, скрылись под снегом.

          ...На отвесных скалах альпинисты спускаются дюльфером.

          Обмотав тело закрепленной вверху веревкой, сев на нее, как говорят альпинисты, и держась руками, они скользят вниз. И сейчас Игорь и Андрей прибегли к этому способу. Но когда они спустились к кулуару, широкому, вытянувшемуся сверху вниз каменному же­лобу, Андрей, ухватившись за веревку, почувствовал, что она порвана. Так бывает при камнепаде: сначала один обломок скалы попадает в веревку, потом дру­гой, третий - каждый отделяет от жгута тонкие пряд­ки. Постепенно камни и куски льда превращают креп­кий капрон в мочало.

          Очутившись на верхнем краю желоба, Игорь при­вязал себя к вбитому здесь крюку и помог Андрею спуститься к нижнему краю желоба. Теперь они смог­ли закрепить оборванную перильную веревку и возоб­новить движение вниз.

          Так, поддерживая друг друга, альпинисты спуска­лись в темноте: поток снега был таким плотным, что скрыл от них дневной свет. Только туго натянутая веревка указывала, где находится товарищ.

          К подножию Чатына они добрались ночью. Товари­щи помогли им раздеться, напоили горячим чаем и уложили спать.

 

                    ШТУРМ!

          Снег идет и идет. Пятый день альпинисты отсижива­ются в палатке. Даже такой оптимист, как Андрей, приуныл. Еще бы. Не один год ушел на подготовку к этому штурму, и вот тебе...

          На шестой день из лагеря уехал Игорь Солодуев. Оставаться он уже не мог. Отпуск кончился. Его жда­ла Москва, Большой театр. Через неделю должна была состояться первая репетиция. А пальцы - он знал это по опыту, - пальцы, огрубевшие, привыкшие к ледорубу, не сразу приобретут легкость и деликат­ную точность движений.

          Игорь никак не мог смириться с мыслью о том, что ему не придется участвовать в штурме Чатына. Дру­зья понимали состояние Игоря и как могли утешали его.

          ...Вечером Эльбрус не курился, стоял розовый, буд­то умытый: верный признак хорошей погоды. Ночью прояснилось, и над плато зажглись яркие звезды.

          Андрей лежал, подсунув рюкзак под голову, и смот­рел в темноту. Утром он встретит серьезного про­тивника, с которым еще никто не мог сладить. Те­перь, после отъезда Солодуева, вся ответственность за восхождение ляжет на него. Он поведет ребят на штурм Черного Отвеса. Он, Андрей, девять лет назад не знавший, как выглядят горы.

          В 1950 году Андрей заболел. Грипп перешел в вос­паление легких, а когда ему показалось, что он выздо­ровел, врачи нашли у него туберкулез. Андрей ре­шил уехать на юг, в горы. Он решился на отчаянный шаг - и вместо санатория попал в альпинистский ла­герь. Там вместе с группой новичков он прошел несколько несложных маршрутов. И произошло то, что медики потом назвали чудом: очаги в легких зарубцевались. С тех пор каждое лето Снесарев про­водил в горах. Он стал мастером спорта.

          И вот теперь он поведет группу на штурм отвесной стены. Как встретит их коварный Чатын? Сможет ли Андрей, лишившись поддержки Солодуева, его сове­тов, с честью выдержать борьбу?

          ...В пять часов утра связка Виктор Степанов - Борис Кораблин начала подъем по вертикальной «тропе» к полке. Следом шли Андрей и Вадим. Вспомогатели застыли у биноклей. С помощью рации они кор­ректировали движение альпинистов, которые не виде­ли ничего, кроме глухой каменной стены.

          На гранитной груди Чатына альпинисты выглядели крошечными точками. Казалось, они стоят на месте. Только после длительного наблюдения можно было заметить, что четверка постепенно поднимается. Че­рез каждые 40 метров Андрей привязывал к крюч­ку блок, один за другим подтягивал к себе рюкзаки. Потом к Снесареву пробирался Вадим, лез еще вы­ше и, в свою очередь, поднимал с помощью блока тяжелые рюкзаки.

 

 

                    «ТРАМПЛИН НЕ ПРУЖИНИТ»

          Первым подошел к полке Степанов. Теперь каж­дый сантиметр восхождения требовал больших уси­лий. Часто в ход шли молоток и шлямбур.

          Зубило и молоток - привычные инструменты для слесаря. Но здесь, на Отвесе, работа быстро изнуря­ла. Впрочем, и замыкающему цепочку восходите­лей Вадиму Барзыкину было не легче, чем Степа­нову. Ему приходилось выбивать из стены крючья, ко­торые старательно загонял в трещины Степанов. Аль­пинисты не знали, сколько крючьев понадобится для преодоления Отвеса, а с собой они не смогли взять больше ста штук.

          Еще метра три - и полка. Виктор вогнал в тре­щину крюк и, подвесив лесенку, поднялся на гранит­ную ступеньку полки.

          - Ну как там?- крикнул снизу Борис.

          Виктор промолчал. Отдыхать на полке было негде. Только снизу, с плато, могло показаться, будто она является удобным трамплином для прыжка к вершине. Выступ сантиметров сорок в ширину прилепился к От­весу под углом в сорок пять градусов. На таком карнизе палатку не поставишь. Сесть и то некуда.

          Печальную картину увидели Андрей и Вадим, до­бравшись вслед за первой связкой до полки. Степа­нов и Кораблин, примостившись на ступеньке, кото­рую они с трудом вырубили в натечном льду, гото­вили ужин. Поставив ноги на туго натянутую веревку, Степанов держал на коленях примус. Кораблин, отки­нувшись, насколько позволяла стена, придерживал тряпкой кастрюльку с таявшим в ней снегом.

          - Поедим, занимайте наши кресла, - предложил Степанов.

          Андрей отказался: видел, на чем держатся ребята. Пройдя по полке вправо, он заметил небольшую щель. «В нее, пожалуй, можно кое-как забраться», - поду­мал он. Собственно, выбирать не приходилось. Вадим и Андрей, выпив чай, забили вокруг щели несколько крючьев, втиснули в нее плечи, привязались веревка­ми и... пожелали друг другу спокойной ночи.

          Должно быть, эта ночь на всю жизнь запомнится ребятам. Пронизывающий до костей холод. Веревки, врезающиеся в тело. Тревожное забытье.

          Перед рассветом стало еще холоднее. Чатын об­манул их. Бессонная ночь подорвала силы альпини­стов, а впереди еще трое-четверо суток пути.

          Как только первый луч солнца перевалил через вершину горы, Андрей объявил «подъем». Теперь толь­ко альпинисты смогли осмотреться как следует. Как они провисели на скале всю ночь, им было непо­нятно самим. Под ногами пропасть. Ни вправо, ни вле­во не подвинешься - встать не на что. А что над го­ловой - неизвестно, потому что над местом ночевки стена нависала, скрыв Отвес.

          Съежившись от холода, Степанов поставил на ко­лени примус и зажег огонь. Пламя, напоминающее о домашнем уюте, приковало к себе взгляды ребят.

          Горячий кофе помог. Повеселевшие Барзыкин и Кораблин начали пробивать «тропу» на скале, а Сте­панов и Снесарев занялись благоустройством бивака. Вчера Андрею пришлось выполнять работу такелаж­ника; сегодня он превратился в каменотеса. Уперев­шись ногами в крючья, откинувшись на туго натяну­тую веревку, он упорно долбил молотком гранит, уве­личивая щель. Виктор тем временем расширял и углублял ступеньку.

          В это день Барзыкин и Кораблин за одиннадцать часов работы на стене поднялись всего на 70 метров. Но зато на полке их ждали приятные сюрпризы. Сту­пенька стала шире и позволяла сесть, слегка отки­нувшись, а в щели Андрея и Вадима теперь можно было поместить спальный мешок. Даже для кухни нашлось свое место. Примус стоял в небольшой ни­ше, вырубленной в скале. Виктор и Андрей сообщили приятелям, что, оборудуя «лагерь», они нашли в уг­лублении скалы запас продуктов, оставленный здесь спартаковцами два года назад. Еще до отъезда на Кавказ, в Москве, Виталий Абалаков рассказал молодым альпинистам, где искать продукты. Конфе­ты, шоколад и галеты за два года основатель­но размокли, но консервы уцелели. Теперь у четверки восходителей был дополнительный паек - на тот случай, если погода заставит их отсиживаться на полке.

 

                    ПУТЬ К ПЛАТО ОТРЕЗАН

          Утром вверх по набитым в скале крюкам ушли отдохнувшие Снесарев и Степанов. Пого­да, кажется, вступила в союз с альпинистами. На небе ни облачка. Потеплело. Для того чтобы преодолеть освоенные вчера 70 метров, Анд­рей с Виктором потратили всего два часа. Те­перь, подобравшись к последнему крюку, они должны были начать поиски нового места но­чевки.

          Еще до штурма, изучая с плато стену, ребята обра­тили внимание на большое пятно, белеющее на тем­ном фоне Отвеса. Им показалось тогда, что это пят­но - запорошенный снегом уступ, на котором можно поставить палатку. И теперь альпинисты хотели выйти точно к пятну. Без корректировки их движения с пла­то сделать это было очень трудно: ведь на стене нет никаких ориентиров, видимость ограничена, и поэтому легко ошибиться.

          Андрей связался с наблюдателями. Портативная радиостанция конструкции одного из вспомогателей, Валерия Кремены, следившего сейчас за альпинистами, работала безупречно. С плато сообщили, что от того места, где вчера вбили последний крюк, до перегиба, с которого можно увидеть снежное пятно, всего около 20 метров. Сле­дует подниматься чуть вправо.

          Через несколько часов Андрей вышел на перегиб и обнаружил цель. Но Черный Отвес снова об­манул восходителей.

          Вместо предполагаемой пологой площадки Снесарев увидел пояс из каменных плит, как бы вдававшихся в стену под наклоном в 60-70 гра­дусов. В месте стыка плит со ска­лой скопился лед. Здесь не только нельзя было поставить палатку, но и ступеньку негде было вырубить. Тому, кто отважится заночевать на этих плитах, придется висеть на веревочных ступеньках. Но кто по­ручится, что выше есть более удобные места?

          - Пошел! - закричал Андрей оставшимся на полке товарищам.

Вадим и Борис сбросили вниз на плато все лишнее снаряжение. Из десяти веревок альпинисты оставили четыре. Вслед за веревками полетела на плато часть лесенок, крючьев, карабинов.

          Теперь путь назад был отрезан окончательно. Толь­ко вверх!

 

                    ГОРЫ МЕРТВЫ БЕЗ ЛЮДЕЙ

          Вечером Валерий Кремена принял сводку погоды: «густая облачность, ветер, осадки, похолодание». Надо было обязательно предупредить четверку, располо­жившуюся на ночь.

          Обычно в девять вечера альпинисты и наблюдатели связывались между собой по рации. Теперь, когда это было особенно важно, штурмовая группа почему-то на связь не вышла. О том, что на стене все в по­рядке, альпинисты известили зеленой ракетой.

          ...Утром горы накрыли тяжелые тучи. Со стороны моря полз туман. Ветер бросал на Чатын дождь и снег. Альпинисты поняли, что времени терять нельзя.

          Наспех позавтракав, Андрей и Виктор ушли вверх. Поднимались быстрее, чем обычно: часто попадались трещины. Но вот путь преградил двухметровый гра­нитный навес. Не найдя на нем ни одной трещинки, Андрей перебрался на метр вправо, но и там навес был ровным и гладким. Пришлось долбить гранит шлямбуром. Лесенка, на которой стоял Андрей, рас­качивалась под напором ветра. С вершины струились пока еще тонкие струйки снега. Но вот забит послед­ний крюк. Андрей повесил лесенку, перебрался на нее и неожиданно почувствовал: не выдержит крюк. Назад! Но было уже поздно, тело потеряло вес...

          Пролетев метров шесть по воздуху, Андрей закачал­ся на пружинящем капроне. Виктор, придержав стра­ховочную веревку, помог Андрею подняться до пер­вого крюка.

          Как-то в лагере Виктор говорил Андрею: «Когда я был новичком, мечтал: спустилась бы веревочка с са­мой высокой вершины. Вот бы было хорошо подни­маться. Один на гору залезешь. А теперь, если и спу­стится веревка, откажусь. Без товарищей в горах делать нечего. Мертвы они без людей». Андрей с бла­годарностью взглянул на Степанова и, успокоившись, снова пошел на карниз.

          Несмотря на неудачу Андрея, настроение у четверки было приподнятое. За день альпинистам удалось прой­ти 85 метров по вертикали. Недалек и перегиб.

 

                    «ЧЕРНЫЙ ОТВЕС ПОД НОГАМИ»

          Гора неохотно отдавала последние метры. Вадим - теперь он шел первым - без лесенок не мог сделать ни шагу. И вот альпинисты услышали его громкий голос: «Перегиб!»

          Как ждали этой минуты! Стена почти побеждена.

          Наконец-то можно идти выпрямившись. Часа в три дня альпинисты вышли на небольшую площадку. Рюкзаки сбросили не сговариваясь.

          Какое наслаждение, скинув ботинки и мокрую одеж­ду, растянуться в теплой палатке! Весело посвистыва­ет примус, из кастрюли вкусно пахнет супом. Впервые за время штурма - настоящий обед.

          Дни восхождения по Отвесу проходили в молчании, изредка прерываемом короткими репликами и при­казаниями. И теперь каждый из четверки спешил выложить все, что накопилось у него на душе. Говори­ли все разом. А снег падал и падал. Крупа барабани­ла по крыше палатки. Но этот звук, пугавший ребят на Отвесе, сейчас только убаюкивал.

          На следующее утро альпинисты продолжали путь по более пологому склону к вершине. Шли быстро. В шестнадцать часов девятнадцатого августа 1959 го­да серое небо над Чатын-Тау осветила ракета. И од­новременно на леднике Чалаат и на вершине Чатына в воздух полетели шапки. Могучий страшный Ча­тын с его непроходимым Черным Отвесом простер­ся у ног альпинистов.

          ...Еще месяц назад эти ребята, сейчас обросшие, с ввалившимися глазами, кровоточащими ладонями, с содранной кожей, промокшие, замерзшие, мечтали о восхождении на Черный Отвес, как о несбыточном, и вот они, гордые, взволнованные, попирали Чатын ногами. И каждый из героической четверки теперь думал, что и такая преграда, как Отвес, не предел их возможностям. Им виделась дорога к новым дерза­ниям, новым победам.

 


***

 

          Палатки, куртки, веревки ребята сдают кладовщику в лагере Баксан. До будущего лета альпинистское снаряжение им не понадобится. Оставшиеся дни от­пуска друзья проведут у моря. Там, внизу, теплая во­да, горячий песок и много-много солнца, которого им так не хватало на мрачном Черном Отвесе.

          Они уже устраиваются в кузове машины, уже рабо­тает мотор, когда металлический голос репродуктора врывается в тишину утра: «Внимание! Внимание! На Эльбрусе заблудилась группа альпинистов. Отклады­вается подготовка ко всем восхождениям. Немедленно приготовиться к розыскам...»

          Машины спешат к Эльбрусу. Мчатся в густом тума­не, включив фары, предупреждая встречных сире­нами.

          В кузове «газика» - две спасательные группы: одной руководит Андрей Снесарев и Вадим Барзыкин, дру­гой - Борис Кораблин и Виктор Степанов...

 ________

 

Фотографии из архива Виктора Васильевича Степанова, сделанные под стеной Чатына сразу после этого восхождения:

Андрей Андреевич Снесарев

 

Виктор Васильевич Степанов

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



© Ю. Гаврилов, Журнал

Количество просмотров: 6