История

Фотоальбом 'Джайлык август 1979'
Фотоальбом 'Август 2016'
Фотоальбом Владимира Аблесимова 'Саров (Арзамас16) в Джайлыке и не только'
Фотоальбом 'Цветные слайды к рассказу о Первой Сахаровской экспедиции в 1991 году. Восхождение на Эльбрус'
Примечательное восхождение
Фотоальбом 'Авадхара'
Последний день старого Джайлыка
Фотоальбом 'Джайлык осенью 1983 года'
1988. Экспедиция альпклуба МИФИ на пик Ленина
1987 год. Экспедиция альпклуба МИФИ на пик Корженевской (фотоальбом)
День памяти - 2013. Джайлыку 75 лет
Как ходят настоящие разрядники.
19 июля 1983 г. Селем разрушен лагерь
Фотоальбом 'Джайлык-80'
Фотоальбом 'Март 1983'
Фотоальбом 'Зимовка - 1983'
Фотоальбом ' Новый лагерь, первые сезоны '
Фотоальбом 'Старый Джайлык'
Фотоальбом 'В палаточном лагере после селя'
Фотоальбом 'Сход селя - 19 июля 1983 года'
Лето 2012 года
Фотоальбом 'Сель'
Фотоальбом 'Март 1980'
Март 1980 года. Сбор команды ЦСФиС для подготовки к участию в чемпионате СССР 1980 года (восхождению на пик Москва, центральный Памир)
Фотоальбом 'Красоты ущелья Адырсу'
Фотоальбом 'Старый Джайлык'
Фотоальбом "В новом Джайлыке"
Фотография с 50-летия Джайлыка
Фотоальбом Вадима Барзыкина
ТЕНЬ ПОБЕДЫ
а/л \"Джайлык\", август 1974 года
\"Джайлык\" в 1959-м году
Очень старые фотографии
Фото нашей молодости. Фотоальбом Жени Лебедя
Новые фотоальбомы и пополнения в старых фотоальбомах
Виталий Форостян. Яркие дни. На пик Революции с севера и юга
Новые фотоальбомы из архива семьи Степановых
Далар "по Степанову"
Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 4. Советско-китайская экспедиция на Музтаг-ата (7546 м.). 1955 и 1956 годы.
Игорь Хацкевич. Мой отец. Ещё 3 фотоальбома 74-75-х годов
Инструкторы альплагеря "Джайлык"
Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 3. "На скалах - смелые", статья Я. Аркина в газете "Крым" . 1965 год.
Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 2. Первовосхождение на пик «Московской правды» (Юго-Западный Памир). 1964 год
Из архивов Виктора Васильевича Степанова и Ольги Николаевны Драчёвой. часть 1. "Чёрный отвес", статья в журнале "Вокруг света", 1960 год
Борьба за Чатын
Просто Визбор. К 75 летию поэта.
Игорь Хацкевич. Мой отец.
Спасти остальных
Шестая Сахаровская экспедиция. 1997 год. Альпы
Четвёртая Сахаровская экспедиция. 1994 год. Памиро-Алай
Третья Сахаровская экспедиция. 1993 год. Цейское ущелье
Вторая Сахаровская экспедиция. 1992 год. Алтай. Пик А.Д. Сахарова
Первая Сахаровская экспедиция. 1991 год. Эльбрус
История альплагеря по материалам сборника
История альплагеря по материалам сборника "Побежденные вершины". Часть 4. 1972-1974-е годы
История альплагеря по материалам сборника "Побежденные вершины". Часть 3. 1967-1971-е годы
История альплагеря по материалам сборника "Побежденные вершины". Часть 2. 1956-1966-е годы
История альплагеря по материалам сборника "Побежденные вершины". Часть 1. 1949-1956 годы
Горнолыжники в Старом Джайлыке 77-83
Когда бушевал сель
Фотоархив Владимира Васильевича Тамбовского. Джайлык. 1974 - 1990-е годы
Пароль "Джайлык"
Секретные физики. Забабахин Евгений Иванович
Инструктор альплагеря - Михаил Хергиани
Джайлыковцы в чемпионатах СССР
Отчёт о восхождении команды "Джайлыка" на пик Энгельса в 1972 году
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Предисловие.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 1. Пик Корженевской. 1974 год.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 2. Артучь, Ала-Арча, Домбай, Узункол.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 3. Тянь-Шань. Ала-Арча.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 4. Кавказ. Домбай. Узункол.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 5. Памир, Бивачный, пик Коммунизма.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 6. Ушба.
Михаил Овчинников. Из записных книжек альпиниста. Часть 7. Лирическое отступление.
Когда бушевал сель...

Борьба за Чатын

Опубликовал: Сергей Мухин
Дата публикации: 05.07.2009
Раздел: История


А. СНЕСАРЕВ, Д. ЧЕРЕШКИН

Борьба за Чатын

 

          Когда ты идешь по длинной, неудобной морене Шхельдинского ледника, прыгаешь с камня на камень и весь поглощен утомительной и безрадостной дорогой, тебе обычно нет дела до окружающих красот. Но все в мире кончается, даже и эта морена. В ее «кармане» можно скинуть рюкзак, отдохнуть и оглядеться вокруг.

          Поражая воображение, нависли башни Шхельды. Незыблем бастион Щуровского, и, венчая грозную панораму, высятся два рога Ушбы.

          Надо хорошо знать открывшиеся горы, чтобы различить рядом с пирамидой пика Щуровского неприметную черную зазубрину, маленький пик, словно затерявшийся в этом именитом обществе.

          Пройдет еще много часов, прежде чем ты поднимешься на перевал и остановишься, пораженный картиной молчаливых, грозных стен Чатына, его черным отвесом.

          Эта удивительная вершина словно скрыта от любопытных взоров. Только люди, прошедшие долгий путь по моренам и ледникам или поднявшиеся на соседние вершины, могут прикоснуться к грозному очарованию стен Чатына.

          Слабые уходят вниз, навсегда сохраняя гнетущее впечатление о его отвесах и грохоте лавин, бесформенных зубьях Чалаата и вечной тени на его северных стенах. Чатын выбирает себе сильных противников, людей, которые могут поспорить с его никогда не освещенными солнцем стенами.

          Освоение этого поистине уникального массива началось еще в 1912 г., когда известный русский альпинист Голубев поднялся на Западную вершину Чатына с Ушбинского плато. Вскоре были покорены по простейшим путям Центральная и Восточная вершины, но о возможности покорения массива с севера мало кто думал.

          Только в 1951 г. на северном плато под стенами Чатына был разбит палаточный лагерь группы Б.А. Гарфа. Но непогода заставила группу уйти из-под стены.

          На следующий год эта же группа опять пришла под стену с явным намерением победить. И добилась успеха. Лиха беда - начало; и еще две группы проходят северную стену: в 1954 г. группа И.П. Леонова, поднявшись по крутому контрфорсу, совершила траверс Чатын - Ушба - Мазери, а в 1957 г. группа И.В. Солодуева проходит восточное ребро массива. Все пройденные пути 5-к.т.Б. Все они сложны, но люди уже начинают думать о следующем шаге, о штурме «черного отвеса» - огромного базальтового ромба, лежащего под Главной вершиной.

          И люди сделали этот шаг, пусть вначале неудачный, но он «научил больше, чем многие из побед». В 1957 г. борьбу за покорение ромба начала команда В.М. Абалакова.

          Пройдено более половины отвеса, все было готово к решающему штурму, но, в который уже раз, непогода заставила людей отступить.

          Два года северные стены этого массива не видели людей, а в 1959 г. Чатын стал свидетелем необычного шахматного турнира. Представители двух команд собрались в одной из палаток под стеной, коротая время за древнейшей игрой.

          В первой команде было четверо - А. Снесарев, В. Барзыкин, Б. Кораблин и В. Степанов. Вторая команда состояла из трех человек - Л. Мышляева, А. Симоника и О. Космачева.

          Первая команда предполагала пересечь ромб по диагонали, пройдя через его центр, а команда Л. Мышляева решила подняться по его правой части, где стену рассекал гигантский вертикальный камни.

          Грандиозная черная стена Чатына нависла над плато ледника Чалаат. Какими маленькими, ничтожными карликами кажутся рядом с ней люди, какими крошечными - палатки базового лагеря! День за днем альпинисты всматривались в предстоящий маршрут, слушали грохот камней и льда, летящих по стене, фиксировали их режим и горячо спорили, обсуждая различные варианты подъема.

          В легкой серой дымке тают вершины Безенгийского района, гаснут звезды. Начинается первый день борьбы со стеной. Сколько их впереди? Сможет ли человек покорить этот черный отвес?

Чатынтау

Фото В. Седелъникова

 

          Несколько дней уходит на предварительную обработку маршрута.

          Трудно пройти по скалам крутизной в 70-80°, еще труднее преодолеть отвесную стену, но когда громада скал нависает, то, как говорят, становится совсем плохо. «Поют» забиваемые крючья, и шаг за шагом альпинист движется вверх. Где повесив короткую лесенку, где используя помощь товарища, поднимается Виктор Степанов. Но как медленно, мучительно медленно он идет! У Бориса Кораблина мерзнут ноги, да тут еще вода, ручейками бегущая по стене, насквозь промочила штормовку. Но товарищ идет вверх, и все силы, все внимание, мысли отданы ему, идущему первым. Наконец веревка пошла быстрее, а вскоре и долгожданное «пошел!».

          Обработка стены проводится из базового лагеря на плато, поэтому передовой связке каждый раз приходится спускаться для ночевки на плато, а утром очередная связка вновь поднимается для подготовки дальнейшего пути. С каждым днем все больше времени уходит на подъемы и спуски, все меньше его остается для борьбы со стеной.

          Спустившись к палаткам, ребята пользуются последними лучами солнца, уже готового спрятаться за гребень пика Щуровского, чтобы хоть немного просушить насквозь мокрую одежду.

          Длинные тени бегут по ледникам и вершинам, сливаясь на востоке с надвигающейся ночью. В этот час хорошо, закутавшись в пуховую куртку, следить, как темнота, выползая из долины, все больше овладевает миром, как гаснут последние отблески вечерней зари на снежных вершинах и загораются в вышине звезды. Тихо в горах, лишь изредка просвистит камень или, шурша, сползет лавина.

          А утром опять стена, опять все отдается ей, черной и холодной.

          Приятно, когда можно идти по скалам без применения технических средств - лесенок. Но такая возможность, представившаяся на небольшой полочке, кончилась через какие-нибудь пять-шесть метров. От нее вверх уходит камин с гладкими вертикальными стенками, лишенными зацепов и трещин, закрытый, словно крышей, нависающей скалой. Как пройти навес? Куда забить крюк? Глаза внимательно просматривают каждый сантиметр трещины, прорезающей навес над головой. Вот наконец участок, где крюк должен держать надежно. Но до него еще целый метр. Острыми триконями ботинок первый осторожно встает на плечи товарища. Теперь можно дотянуться до трещины. Живая пирамида, балансируя, стоит на краю пропасти. Как мучительно медленно текут минуты! Какой резкой болью отзываются плечи на каждый удар молотка! Кажется, нет больше сил держаться в этом невероятном положении на краю стометрового обрыва. Щелчок карабина, продета веревка, повешена лесенка. От большого напряжения плохо повинуются пальцы рук.

          И вот так, шаг за шагом, движется вперед двойка. Внимательно следят за ними оставшиеся внизу товарищи, готовые каждую минуту, если это потребуется, прийти на помощь.

          Между тем погода ухудшается. Посыпалась крупа. Ветер сдувает ее с гребня. Вскоре целая река снега «льется» по стене. В довершение всего где-то начинается гроза. Смотреть вверх невозможно: острые крупинки хлещут и режут лицо. В такой обстановке нужно быстрее спускаться. Быстрее и осторожнее.

          Вся суровая природа гор готова в эти минуты обрушиться на человека. Яростно крутит пурга массы снега, словно хочет смести людей со стены. Плохо слушаются уставшие и замерзшие руки, а тут еще стали такими неподатливыми мокрые веревки! Начинает темнеть, но мы уже почти внизу. Остается проскочить низ кулуара, по которому потоками льется снежная крупа, иногда летят камни. Сквозь плотную завесу тумана и снега доносятся голоса товарищей, встревоженных долгим отсутствием «двойки» и вышедших навстречу. Через полчаса уже в сумерках появляются их фигуры.

          В палатке мерцает огарок свечи, уютно шумит примус, и, пока варится вкусно пахнущий суп, альпинисты подводят итоги обработки.

          Снегопад не перестает. Надежды на хорошую погоду нет. Уж слишком медленно портилась она в эти дни. Ясно, что надо уходить, не закончив намеченного по плану. Ночью несколько раз приходилось вылезать и откапывать палатки от снега. К утру снегопад стал стихать, и в разрывах тумана появился «зимний» пейзаж. Даже низкий, обычно бесснежный хребет Далла-Коры стал белым и каким-то незнакомым. Черный отвес нашей, как стали мы называть ее, стены припудрен свежим снегом. Ничего не оставалось, как спускаться в лагерь.

          Утро 4 августа выдалось ясным и безоблачным. Казалось, ничто не предвещало непогоды. Незаметно промелькнули километры пути до Шхельдинского приюта. Небольшой привал, и вскоре, поднявшись на Ложный Чатын, восходители вновь увидели стену.

          Остаток дня использовали на приведение в порядок лагеря, разбор и сортировку продуктов, снаряжения, подготовку к предстоящему штурму. Тревожно поглядывали мы в сторону пика Щуровского. Оттуда, из «гнилого угла», долетало влажное дыхание моря, которое нередко, приносит туманы и снег, дождь и грозу. Вот и сейчас клочья облаков, как длинные серые флаги, развевались, зацепившись за вершины гор. Ничего хорошего эти «знамена» не сулят. Ночь прошла беспокойно. То и дело выглядывали альпинисты из палатки, смотрели на мерцающие в разрывах облаков звезды. Тревожно. Как предугадать погоду на ближайшие дни? Ведь даже синоптики не могли дать определенного ответа о прогнозе погоды. К семи часам утра стало ясно, что от выхода в этот день придется отказаться.

          Тяжелые тучи постепенно закрыли вершины. Пополз туман, и по крышам палаток забарабанили тяжелые капли дождя. Начался снегопад и с редкими перерывами шел до вечера. Холодно, сумрачно и сыро. Лежим в мешках и молчим. Но это молчание красноречивее всяких слов. Как нужна хорошая погода! Всего на пять дней на прохождение стены. Но будут ли эти пять дней?

          И опять тянется полудремотное ожидание под несмолкающпй шорох идущего снега. Прошла еще одна ночь и еще один день. От корки до корки перечитываются все имеющиеся книжки, а захватившей район непогоде не видно конца. Продукты и бензин приходится экономить - горячее готовится только утром и вечером. Зарядка и два-три часа физической работы днем позволяют поддерживать спортивную форму.

          Но все же на шестой день группа сдалась. Непогода оказалась сильнее. Пришлось возвратиться в лагерь. И, словно шутя с нами, через день погода установилась. Даже метеорологи обещали несколько дней хорошей погоды.

          Но времени уже в обрез, и группа решает изменить тактический план: не обрабатывать оставшиеся 60 м до высшей точки, достигнутой командой В.М. Абалакова, и не создавать там штурмового лагеря.

          13 августа к 12 часам мы вновь на плато. Пользуемся ярким солнцем и подсушиваем все вещи. Неторопливо укладываем рюкзаки. Как мы ни стараемся облегчить их, целая масса крючьев, карабинов, лесенок и всего прочего сводят наши попытки на нет - рюкзаки все равно очень тяжелы.

          К шести часам вечера все готово. Выпита последняя чашка чаю. В восемь отбой, а пока у нас есть свободное время. Каждый думает о чем-то своем. Постепенно спускаются сумерки, и кажется, что лунный свет становится все ярче и ярче. В прозрачном тумане стоят закованные в ледяную броню горные гиганты, текут серебряные реки ледников, и только черный отвес Чатына лишен лунного блеска и выглядит еще мрачнее. Не спится. То один, то другой смотрит на светящийся циферблат часов. Кажется, нет этой ночи конца. Часто поглядываем на небо. Но опасения напрасны: спокойно горят знакомые созвездия. Холодно. В четыре часа все на ногах. А в пять - последние рукопожатия, последние наставления остающимся, и группа уходит на штурм. Сегодня первыми идут Степанов и Кораблин, двойка Снесарев - Барзыкин замыкает. Насколько труднее работать, когда за спиной, оттягивая тебя назад, висит тяжелый рюкзак. Трудно, но бергшрунд и уходящую наклонно вверх полку мы прошли, не снимая рюкзаков. Короткую, по почти вертикальную стенку пройти с рюкзаком не удалось. Теперь первый в двойке должен исполнять еще и роль такелажника, втаскивая наверх рюкзаки.

          Работы у идущего последним тоже достаточно. Надо выбить все крючья, смотать веревки и сбросить их вниз. Легкий взмах руки - и бухта сорокаметровки, пролетев с добрую сотню метров, падает на плато ледника.

          Время в работе летит быстро, заставляя предельно увеличить темп движения. Надо дойти до полки, прорезающей отвес около его середины. Осталась позади высшая точка, достигнутая нами ари обработке, но и время позднее - уже пятый час. Как обманчива стена: кажется, можно идти, подходишь ближе - опять все те же отвесные стены. Лишь в темноте выходим на полку.

          Какое разочарование! Вместо долгожданного отдыха неясные перспективы сидячей ночевки. Самое лучшее место - это участок натечного льда крутизной около 50°, где есть площадка, позволяющая с трудом сесть двоим. Виктор и Борис начинают устраиваться. Натянута перильная веревка, и, пока Виктор мастерит из палатки навес, Борис на коленях соорудил кухню.

          Андрей с Вадимом продолжают поиски ночлега. Вскоре находим расщелину, в которую Андрею удается втиснуть часть тела: ноги и голова не помещаются. Вадим пока стоит: садиться некуда. Через полтора часа ему удается кое-как примоститься полулежа, привязавшись покрепче к крючьям. Поспать почти не удалось. Очень холодно, все дрожат. Погода, к счастью, хорошая, и, сознавая это, легче переносить холод. Медленно подкрался рассвет. Вершины озарились солнцем, но нам о нем остается только мечтать: на стене Чатына его никогда не бывает. Греем кофе и едим вволю: найдена заброска группы Абалакова, воспользоваться которой он нам любезно разрешил.

          По плану следующая ночевка здесь же. Одна двойка должна работать на стене, а вторая будет благоустраивать бивак. Ведь что там дальше, неизвестно. Будет ли возможность ночевать хотя бы так же? Кроме того, вместе с абалаковскими у нас скопился солидный запас продуктов, так что здесь образовался штурмовой лагерь, в котором в случае нужды можно день-два отсидеться. Двойка Барзыкин - Кораблин готовится к выходу. Снесарев связался но радио с наблюдателями, вспомнив при этом добрым словом Валерия Кремену - конструктора нашей сверхпортативной станции. Он уточняет местоположение и, взяв за единицу расстояние между собой и Степановым, пытается узнать расстояние до ближайшего снежного пятна над нами. Обзор вверх ограничен: метрах в десяти выше нас нависающие участки. Вчера этому радовались, ведь навес полностью обезопасил ночевку, но сегодня настроение менее оптимистичное: эти участки надо пройти. Принимаем решение начать подъем по вертикальному широкому камину, который сверху закрыт пробкой. Войти в камин непросто: нависает участок метра полтора-два. С большим трудом удается отыскать трещину для надежного страховочного крюка. Но больше трещин нет, и приходится шлямбурить. Потребовался почти час на забивку трех расширяющихся крючьев. В результате всего два метра вверх. Стоять негде, все время приходится висеть на лесенках. Камин слишком широк, и идти лазанием по нему невозможно. Но у камина все же есть преимущество - три стены вместо одной,- и поэтому больше возможностей найти трещину. Трещин мало, и они очень узки. Обычные стальные крючья, даже лепестковые, здесь не годятся. Спасают положение сверхтонкие титановые крючья: лестницу они держат вполне надежно.

          Все выше уходит Вадим. Все чаще слышно: «Выдай черную!», «Выдай белую!», «Закрепи черную!», «Закрепи белую!» На карнизах и при прохождении отвесов мы используем две веревки, пропуская каждую через раздельный ряд крючьев.

          Навес перед выходом из камина преодолевается сравнительно просто: нашлось несколько хороших трещин. В который раз использованы замечательные «квадратные» крючья. Они отлично держат в трещинах средней ширины. Так же неплохо идут дюралевые и универсальные.

          Интересно, что когда выходишь из-под навеса и получаешь возможность посмотреть вверх, то, как правило, кажется, что путь простой и можно идти лазанием. Но вот начинаешь проходить этот «простой» участок, опять идут в ход лесенки, опять крючья забиваются через каждый метр.

          За 11 часов напряженной работы пройдено 70 м! Что дальше, неясно. Метрах в пятнадцати выше угадывается перегиб. Вероятно, там находится хорошо видимое с плато снежное пятно.

          А внизу весь день кипела работа. Андрею за несколько часов удалось подготовить отличную площадку. На ней можно лежать в мешке двоим! Эту приятную новость он сообщает Барзыкину, когда тот еще находится на спуске. Виктор тоже немного улучшил свою площадку, но лежать на ней по-прежнему не удается. Благоустроена кухня, и теперь не надо держать примус на коленях, он находится в нише. Вдоволь едим и пьем.

          Утро 16 августа встретило нас хорошей погодой. Быстро позавтракав, вверх по обработанному маршруту уходят отдохнувшие вчера Степанов и Снесарев. Около двух часов понадобилось им, чтобы пройти эти 70 м. Снесарев выходит на перегиб и осматривается. Пятно, которое сулило какие-то надежды, оказалось примерно 10-метровым поясом крутых (60-70°) плит, которые сверху упираются в отвесы. В верхней части плит натечный лед. Картина довольно безрадостная, и надежды, что выше будет лучше, нет. Придется здесь организовывать ночевку. Нужно попытаться на стыке плит и отвеса вырубить ступеньку во льду. Подходит Виктор. Решаем переносить ночевку. Звучит: «Пошел!» - и Борис начинает подниматься. Вадиму остается закончить сворачивание бивака, которое «на всякий случай» было начато почти сразу после ухода первой двойки.

          Вскоре рюкзаки собраны в одно место и снята перильная веревка. Теперь, когда появились хоть какие-то перспективы, можно сбросить еще несколько веревок. Преимущества отвесного маршрута налицо: веревки без труда летят за бергшрунд. Подошедшие наблюдатели уносят их в базовый лагерь.

          Оставлен минимум - четыре основные веревки и репшнур. Полка постепенно пустеет, и от Барзыкина доносится: «Выбирай!»

          Наверху тоже кипит работа. Виктор траверсирует плиты вправо: там просматривается вертикальный внутренний угол, в котором, кажется, есть трещины. А пока что приходится шлямбурить. С благодарностью вспоминаем Акопяна: его конструкция расширяющихся крючьев оказалась наилучшей.

          Место пренеприятное, пока что не удается забить ни одного обычного крюка. Долгие часы уходят на считанные метры маршрута. Борис и Вадим организовывают бивак. Еще раз убеждаемся, что понятие «удобство» относительно. Теперь мы с тоской вспоминаем полку. Здесь нам придется значительно хуже, потому что ступеньку в натечном льду никак не удается сделать шире 20 см. Вскоре бивак представляет собой замысловатое сплетение веревок с развешанными на крючьях рюкзаками. Такой способ размещения скорее можно назвать висячей, чем сидячей ночевкой. На душе неспокойно, за весь день стена отдала только 60 трудных метров. Ночь проходит очень плохо. Затекают ноги, опирающиеся на веревку, ноет поясница. Камни, нависающие сзади, не дают откинуться. Веревка, натянутая на уровне рук, не такая уж мягкая подушка, но тем не менее, опираясь на нее, можно дремать.

          17 августа. С самого утра ясно, что погода начинает ухудшаться. Пик Вольной Испании и Бжедух закрыты плотным слоем облаков. Из-за пика Щуровского «тянет». Опять все тот же гнилой угол! Наскоро выпив кофе, уходит на работу двойка Снесарев - Степанов. Сначала все идет хорошо. Снесарев быстро проходит обработанные вчера метры траверса и начинает подъем по отвесу. Деловито стуча молотком, методично перевешивая штурмовые лесенки, он поднимается все выше и выше. Виктор внимательно следит за каждым шагом товарища. Но вот Андрей останавливается. Нависающий участок протяженностью около двух метров природа не испортила трещинами, решив, по-видимому, что приятнее любоваться гладким монолитом. Сообщив эту «радостную» весть вниз, Снесарев занялся «исследовательской» работой. Наконец он нашел какую-то трещину. Звенит крюк. Приходится уйти на метр вправо. Там, кажется, есть трещины. Полчаса напряженной работы почти без всякого продвижения: трещины никуда не годятся. Весь в напряжении Виктор: он чувствует, что Андрею приходится нелегко. И вот, когда карниз почти пройден, один из крючьев, на котором висит лесенка, не выдерживает. Срыв! Но страховочный крюк забит надежно. Сказывается преимущество навеса. Мягко! Удар почти исключительно психологический. И конечно, досада. Нужно снова проходить с таким трудом отвоеванные метры. Правда, второй раз Андрей это делает быстрее: изучена каждая шероховатость стены и забито несколько крючьев для опоры. Наконец карниз пройден. Раздается радостный крик: «Дальше просто!» Но этот участок после сравнительно нетрудных 10 м перешел в одно из ключевых мест маршрута - навес, на котором пришлось шлямбурить. Долго не понимал этого Виктор, пытаясь найти трещину для крюка.

 


Ледник Кашкаташ и вершина Бжедух

Фото Г. Старикова

 

          Наконец он смирился. Бить шлямбурные крючья на навесе - долгое и невеселое занятие. Потянулось томительное ожидание. Снесарев и Кораблин внимательно следят за каждым движением Виктора. А на ночевке Барзыкин давно уже уложил рюкзаки, разобрался с веревками и ждет известий сверху. Наконец-то их можно поднимать. За день пройдено по вертикали 85 м, и ясно чувствуется близость основного перегиба, за которым конец черного отвеса. Осталось 15-20 м. Но и ночевка хуже всех предыдущих. Правда, наконец-то удалось примоститься всем вместе. Но опять очень узкая ступенька, вырубленная во льду, опять за спиной нависают камни, а под ногами ничего нет, кроме веревки. Опять эквилибристика с примусом. Всю ночь шел снег.

          За многие дни пути наши руки приобрели «своеобразный» вид: многочисленные ссадины, царапины и ранки мучительно ноют, прерывая и без того короткие минуты ночного забытья.

          18 августа первыми выходят Вадим и Борис. Последние метры отвес отдает неохотно. Вадим опять на лесенках.

          Через полтора часа слышен радостный крик: «Перегиб!» Дальше примерно метров сто крутизна 50°! Правда, это неприятный натечный лед, который лежит тонким слоем на плитах. Уходим на скалы. Все понимают, что стена почти побеждена. Вызываем наблюдателей и сбрасываем лишнее теперь снаряжение: две веревки, репшнур, почти все лесенки (пару трехступенчатых оставляем на всякий случай), часть карабинов и крючьев. Опять все удачно долетает. Наконец-то можно идти с рюкзаками. Скорость движения сильно возрастает. Борис, идущий первым, забивает крючья только для страховки. Лесенки спрятаны в рюкзак. Проходим веревку, вторую, третью, пятую. В три часа дня видим небольшую площадку, на которой можно поставить палатку. Уставшее тело просит отдыха, да и погода гонит под крышу: снег идет вовсю. Быстро разравниваем площадку, ставим палатку и начинаем пить и есть. С наслаждением вытягиваемся. Последние дни это делать как-то не удавалось. Утром 19 августа погода не улучшилась, но идти можно. Попадаются небольшие стенки, но общая крутизна не больше 60°. Наконец совсем некрутой снежник, и мы в 16 часов на вершине. За один день пройдено по высоте чуть ли не столько же, сколько за все остальные дни. Перестал идти снег. Погода, видимо, почувствовала, что нам уже не помешать. Настроение более чем приподнятое. Начинается спуск. Снег оказывается в хорошем состоянии. Знакомый маршрут 3-А категории трудности - и мы на Ушбинском плато. Хорошо понимаем, что спускаться вечером по Ушбинскому ледопаду опасно, но ночевать на плато страшно: возможны обморожения. Руки, сильно опухшие и израненные стеной Чатына, итак уже немного приморожены. Принимая во внимание мороз и хорошее состояние снега, решаем спускаться, и к семи часам вечера подходим к Шхельдинским ночевкам. При подъеме к ночевкам мы почувствовали, как сильно устали. Нас буквально шатало, и то и дело кто-нибудь под добродушный смех всех остальных валился в снег. К ночевкам подошли не развязываясь: смотать веревку уже не было сил.

          В это же время группа Мышляева начинала обработку нижней части маршрута из базового лагеря на гребне пика Щуровского. Выйдя на полку, группа разбила на ней второй лагерь. 22 дня продолжалась борьба со стеной. Несколько раз непогода заставляла ребят спускаться вниз, и вновь начинать все сначала. Но и здесь люди вышли победителями в суровом единоборстве с природой.

          Гораздо позднее, уже в Москве, когда стена ушла в прошлое, Андрей и Лев, рассказывая о ней в одной из комнат особняка на Скатертном, сказали: «Жизнь определяется не тем, сколько лет ты существуешь на земле, а тем, что ты запомнил, что осталось в памяти. Стена Чатына много потребовала и много дала, она стала частичкой нашей жизни, частичкой памяти, как, наверное, все, что требует от человека всех его сил без остатка».

          К настоящему времени лишь две группы (группа ЛОС ДСО «Спартак» под руководством П. Буданова и группа ДСО «Локомотив» под руководством М. Конькова) прошли по маршруту группы Снесарева, и пока еще не было попыток пройти по маршруту Мышляева.

          Но в августе 1965 г. стена Чатына потерпела еще одно поражение. Почти вертикальным новым маршрутом прошла группа Ю. Черносливина. Мы уверены, что и это поражение Чатына не последнее. Растет альпинистская молодежь. Скоро лучшие ее представители померяются силами с северной стеной Чатына. И они победят ее. Сомнений в этом нет.



© Андрей Снесарев и Дмитрий Черешкин

Количество просмотров: 5