Память

Фотографии и письма Славы Котова
Вспоминая Славу Котова
Еще одна утрата
Не стало Славы Михеева
Памяти Виктора Ивановича Миронова
Не стало Михаила Семёновича Левина
Памяти Л.А. Белозеровой
Не стало Виктора Ивановича Миронова
Не стало Людмилы Белозёровой
Лёша Ильющенко. Два года
Сегодня ему исполнилось бы 60
Воспоминания о инструкторах старого Джайлыка
Фотоальбом 'Фотографии Чистякова Славы и Галайко Наташи'
Спортсмен
Прощание с Юрой Соловьёвым
Не стало Соловьева Юрия Александровича
Юрий Михайлович Малыхин. (статья на сайте "Саровский краевед")
18.08.1984. 30 лет трагедии на пике Победа
8 лет со дня гибели Петра Кузнецова
8 августа. 40 лет со дня трагической гибели Валерия Фёдоровича Мальцева
25 лет трагедии на пике Чатын
Памяти Михаила Фёдоровича Овчинникова
День рождения Виталия Форостяна
Не стало Владимира Васильевича Тамбовского
Ушел из жизни Алексей Ильющенко
16 августа - день памяти Кобякова Василия Петровича
Не стало Бори Корюхина
ЧЕЛОВЕК ИЗ АДЫРСУ. ПАМЯТИ ВАЛЕРИЯ ГРИГОРЬЕВИЧА МАРКОВА (1929-1993)
Фотоальбом 'Сергей Гришутин'
ВИТАЛИЙ ФОРОСТЯН. Поклонник изящного слова
Женьке Лебедю - 60
19 августа. Светлой памяти Сергея Ляхова...
Ушёл из жизни наш друг Василий Петрович Кобяков
13 августа - день памяти Пети Кузнецова
На поляне Сулоева летом 2010 года
Лето 2007 года
Лето 2009 года
Нина
Нина
Черных Нина Евгеньевна
Виталий Форостян. Воспоминания Валерия Шакало
Виталий Форостян. Воспоминания Далиана Ласкавого
Виталий Форостян. Статья Агнессы Клоковой
Степанов Виктор Васильевич. Страница памяти
Горюн Александр Николаевич. Страница памяти
Срочно нужна фотография Саши Горюна
Объявление
Светлая память
Котов Вячеслав Викторович. Страница памяти
Шейнов Александр Владимирович. Страница памяти
Кузнецов Пётр Валентинович. Страница памяти
Овчинников Михаил Фёдорович. Страница памяти
Казаков Игорь Васильевич. Страница памяти
Ляхов Сергей Борисович. Страница памяти
Памяти Валерия Фёдоровича Мальцева. Стихотворение Василия Кобякова
Памяти Ольги Маркеловой. Стихотворения Михаила Семёновича Левина
Памяти Рудольфа Петровича Ефимова. Стихотворения Михаила Семёновича Левина
Памяти Игоря Васильевича Казакова. Стихотворения Михаила Семёновича Левина
Памяти Виктора Васильевича Степанова. Стихотворение Михаила Семёновича Левина
Памяти Виталия Форостяна. Стихотворения Михаила Семёновича Левина
Памяти Виктора Павловича Попова. Стихотворения Михаила Семёновича Левина

Виталий Форостян. Воспоминания Валерия Шакало

Опубликовал: Сергей Мухин
Дата публикации: 29.05.2010
Раздел: Память


Валерий Шакало

СЛОВО О БОЙЦЕ

          С Виталием Форостяном я познакомился при следующих обстоятельствах. Я договорился с начучем альплагеря «Джайлык» Виктором Павловичем Поповым, что привезу к нему команду второразрядников с тем, чтобы провести в ущелье «Адырсу» с моим участием сборы по подготовке первого спортивного разряда. Бросил клич в Киеве, на «Федерации» - так тогда называлось постоянное сборище альпинистов по понедельникам на улице Ирининская. Раньше альпинисты Киева, с легкой руки Виталия Васильевича Овчарова, собирались на заседания городской Федерации в ближайшем подвале, где размещался клуб туристов. Прийти мог каждый, кто хотел, и поэтому получался еженедельный городской форум альпинистов, который всех нас очень сдружил. Но подвал закрыли, помещения для альпинистов в городе не нашлось, и мы по старинке круглый год собирались уже на улице.

          На клич откликнулся Виталий и привел с собой свою команду: Алика Ласкавого, Сережу Березного, Галку Цветкову и Диму Бонасевича. Формально Виталик, как они все его называли, был с нами на равных, но он отличался инициативностью, увлеченностью и большим энтузиазмом, что сделало его лидером в этом коллективе. В нем постоянно чувствовалась какая то радость от своего увлечения альпинизмом, он тормошил ребят и все организовывал.

          В альпинизм его втянули в институте в Днепропетровске. Он был скромным, интеллигентным студентом и поддался на уговоры не сразу, отнекивался, как мог.

          По приезде в Приэльбрусье его команда поселилась на острове посреди реки Адыр-Су, напротив альплагеря «Джайлык». Все было свое: питание, палатки, снаряжение. В «Джайлыке» Виталик был самонадеян до той поры, пока однажды, решив залихватски сглиссировать по льду с горы Уллутау на перевал Гарваш, не наставил себе синяков и ссадин на ногах и на известном месте. Он очень мучился, но улыбался и заставил себя быстро поправиться, - ведь надо было выполнять первый разряд.

          Мастерство его росло на глазах, ему в этом помогала большая уверенность в себе - она у Виталика осталась. В следующие два года мы уже выполняли нормы кандидата в мастера спорта и решили повторить четверку «Б» Суходольского на вершину Суллукол из ущелья Тютюсу, никем после него еще не пройденную. Маршрут оказался непростым, и мы, заночевав на нем, приуныли. Виталик нас пожурил, прошел, придерживаясь за едва забитые им в скалы крючья, очень сложную, с микрозацепками, обледеневшую стену, и мы, им мобилизованные, двинулись за ним.

          Потом мы сделали пятерки «Б»: Уллутау по Абалакову и бастионам, Джайлык по Французову. Виталик оставался у нас бесспорным лидером.

          Пришло время выполнять нормы мастера спорта. Этому способствовали новые правила, позволявшие набирать мастерские баллы за участие в первопрохождениях. Перед сезоном мы с Виталием выехали в Крым, где он хотел просмотреть «Треугольник» в районе Марчеки. Мы прошли его по простому маршруту и закончили свою скальную подготовку восхождением на Сокол по классической четверке «Б». Позже Виталий стал автором сложного маршрута на «Треугольник», который он высмотрел в тот приезд.

          Из первопрохождений в том году мне больше всего запомнился штурм северо-восточной стены Чегема с его восьмидесятиметровой отрицательной стеной, начавшейся после первой подготовительной веревки. Мы ночевали на этой отрицаловке, кто сидя на выступе скалы, кто в гамаках, развешанных на шлямбурах, посыпаемые снегом. Ужин передавали друг другу в котелке от примуса, выбирая сорокаметровую веревку: сначала суп, потом чай.

          После многочасового подъема с помощью искусственных точек опоры и лесенок Виталику и другим было непросто перейти к свободному лазанию на следующих участках. Все рюкзаки вытаскивались. Неожиданно один рюкзак отвязался и упал в ранклюфт под стеной. В нем была радиостанция и продукты. У нас осталось только отборное отварное говяжье мясо и чай. Но главное - в лагере было строго с радиосвязью: при ее отсутствии мог выйти спасательный отряд и тогда - прощай, зачет первопрохождения! Мы пропустили все положенные сеансы радиосвязи и мысленно готовились к худшему, как вдруг услышали в утренней тишине голос с соседней вершины, вызывавший нас по рации. Обрадовавшись, мы прокричали, что у нас все в порядке, но упал наш рюкзак с рацией. На сердце отлегло.

          Но только на время, так как оказалось, что вареное мясо с чаем, несмотря на его высокое качество, долго есть невозможно - хотелось углеводов. Кое-как на мясе спустившись на ледник, мы встретили группу альпинистов из лагеря, направлявшуюся под маршрут своего восхождения. У них была сгущенка, манка и хлеб, но не было такого шикарного мяса,- в лагерях альпинистов не баловали. К всеобщей радости состоялся волнующий обмен продуктами, и мы тут же оприходовали углеводы.

          Сейчас в классификаторе маршрут на Чегем, по которому мы поднимались - шестой «А» категории сложности.

          Виталика заметили. Игорь Хацкевич, бессменный руководитель сборной «Джайлыка» и ЦС физкультуры и спорта (так называлось добровольное спортивное общество атомщиков) включил его в команду на чемпионат Союза в высотном классе. Мы выехали в Таджикистан, в ущелье Язгулем-дара, под пик Революции. Командой Хацкевича была пройдена юго-западная стена пика через «треугольник». Виталик был лидером на самой сложной части маршрута и на маршруте же неожиданно заболел. Он мог лезть, но не первым. Его заменил Игорь Хацкевич, и темп восхождения сразу же замедлился.

          Пришло время Виталику стать инструктором: он окончил школу инструкторов и стажировался в «Джайлыке» - у меня в отряде водил новичков. Участники его любили. Дальше наши пути разошлись: я работал инструктором в разных горных системах Союза, а Виталик совершал очень серьезные восхождения, в том числе и выдающиеся. Стал чемпионом Союза в компании с киевлянами, был автором оригинального маршрута на Южную Ушбу по ледопадам северо-западной стены. Где-то в горах его основательно поколотило камнепадом, причем сломало бедро. Но он с присущим ему энтузиазмом начал готовить себя к новому сезону: поглощал в огромном количестве мумие и вылечился. На следующий год он уже работал в «Джайлыке» инструктором. Начуч Попов, склонный ко всякого рода крылатым выражениям, называл его «великим хромцом», сравнивая с воинствующим Тамерланом.

          Наступило послабление в жесткой экономической политике руководящей и направляющей силы советского государства, и многие кинулись во всевозможные заработки. Буйным цветом начал расцветать промышленный альпинизм, и Виталик, работая верхолазом, успешно застеклил высотную оранжерею для субтропических пальм в ботаническом саду возле метро «Университетская».

          Виталик женился, вскоре его семья пополнилась голубоглазой Танечкой, затем кареглазым Васей, которых он с увлечением выращивал.

          Он продолжал ездить в горы, так как, по его словам, альпинизм был его образом жизни. А в 1984 году я узнал ошеломляющую весть, в которую невозможно было поверить: Виталий, будучи капитаном команды киевлян-спартаковцев, пропал во время восхождения на пик Победы. Команда участвовала в чемпионате Союза. На вершине разыгралась таинственная трагедия. Один из восходителей был найден замерзшим с веревкой в руках. Другой конец веревки уходил в пропасть, в сторону ледника Звездочка и был обрезан. Остальных не нашли.

          Я не сомневаюсь, что Виталик до последнего момента боролся с природой, чтобы остаться победителем. Его не нашли, но он жив, жив в наших воспоминаниях, увлеченный, талантливый, жизнерадостный боец.



© Валерий Шакало

Количество просмотров: 6